Бельмекешме! Без перевода.

Сидят четыре лба. Бухают. Мочатся друг другу на уши - машины, газ, инжектор, расход, бампер поцарапанный, фифа, ставки, новое звание, лыжи, корпоративы, в субботу бассейн, не ссы на мою машину... Хоть бы раз за столько лет про баб языками почесали! Хоть бы раз...

Купить зубные щётки, купить зубные щётки, купить зубные щётки... На каком месте себе зарубку сделать? Купить зубные щётки... Две недели каждое утро жую старые и шипиляво сквозь зубы и пасту клятвенно обещаю им заслуженную пенсию, а по вечерам виновато им улыбаюсь...

И вот очередной фрагмент моей к ним любви. Ну, чтоб никто не забыл.
Суббота. Вечер. Малорита. Девичник. Один из Олеськиных пальчиков, нежно зажимающих сигарету-слим, чем-то поблёскивает. "Твою мать, и у этой бриллиант на руке!" - а как тут не возмутиться, если у меня такого нет. "Откуда ты знаешь, может, это цирконий", - ведёт похудевшими после развода плечиками экс-Сергеева. "Ага, цирконий, рассказывай. У меня на них чуйка", - у меня на них, действительно, чуйка. Чуйка и пальцетряска...

В качестве моральной компенсации.
Понедельник. Обед. Брест. Рабочий кабинет. Дамиева заходит с традиционной флешкой: "Саш, сбрось всё, чем богата". Единственный среди телеков человек, который за помощь в формировании бегущей строки постоянно кормит меня конфетами. Хотя я её и без конфет люблю. Сижу новости перекидываю на принесённую флешку. "Ой, - говорит вдруг она, - а у тебя таких вот, как бусы, серёг нет?" - "Нет". - "А браслета такого вот, как бусы?" - "И браслета". Вскакивает с кресла, убегает. Прибегает через три минуты с серьгами и браслетом: "Это тебе вот". Протягиваю ей флешку: "А это тебе вот". И у обеих у нас бурно плещется в глазах щенячье счастье...

Только что дочитала вашего Шурика, а чувство такое, что читала я его не помню когда и остался от него только бодунище. Нужен срочный опохмел. Где? Ну, хоть страничечку, хоть одну!

К слову, вчера наклюкалась амареттом. Кое-кто, встретив меня на станции, повёз прямо в забегаловку. А там уже и столик был обставлен, заказанный втихаря и заранее. И никакая и не дата. Нет, вообще-т была некоторое время назад, но мы её профукали. Ну и подумаешь... Столик, заказанный в забегаловке без всяких дат, - это респект респектов. Так что я вполне себе довольна.
Целый бокал амаретто с этим его миндальным отливом в тусклом свете, и запахом, и сахаристо-горьким вкусом, и напоминанием о детстве я выпила сама. Из кое-кого собутыльника не вышло, потому как после недельной температуры и боковой лёжки кое-кто пасётся на антибиотиках и безалкогольном пиве. В итоге я стала пьянью.
А когда я пьянь, я особенно точно попадаю шарами по лузам на бильярде. Когда в пул. Не даётся мне в такие моменты только чёрный, и я всё равно проигрываю. Вчера два-ноль продула.
Но меня это обстоятельство с упоминанием чёрного не смущает. Потому что когда я пьянь, у меня есть ешё одно занятное дело. Я домогаюсь. Напористо и перспективно. И только перед улётом в сны кончиками пальцев до меня дотрагивается стыд:
- Милый, какой ужас, я воняю! Как... эээ... как...
- Как я, когда бухой.
Что тут ещё добавить?..

Как удивительно: вдруг дошло, что я помню те времена, когда мама, не знавшая и подавно о существовании такого понятия, как мелирование, и довольствовавшаяся крупной завивкой, мама, ездившая на работу с микрорайона в цетр на четырнадцатом автобусе, мама с бледно-салатовыми штрихами венок на тоненьких руках, перебирала гречку, зёрнышко за зёрнышком... Как Золушка! Такая тёплая она, эта картинка в памяти...
И уплетали мы всем нашим неоформившемся окончательно семейством эту гречку всяко-разно. То с дефицитными резиновыми сосисками, то с котлетами, то просто - заливая молоком и посыпая сверху сахаром.
Я не питала к гречке особенно нежных чувств. В случае чего - старалась не перебарщивать с сахаром и брезгливо поглядывала на белую песочную горку, возвышавшуюся над кашей в тарелке у малого. Тот ещё гурман! Но вот прямо здесь, по центру грудной своей клетки, чувствую сейчас острое желание вернуть всё-всё это назад. Сию секунду! Вернуть, и налопаться до тяжести в том месте, где должен быть живот, и хором с мелкорослым ещё малым и хищно поглядывающим папой "спасибо" сказать этим рукам с бледно-салатовыми венками!
А нынче никто из нас гречку не перебирает. Она продаётся в подарочных упаковках (прозразные шелестящие пакетики - подарок прогресса), в которых почти совсем не встречаются ни мелкие камешки, ни зёрна посторонних культур, ни даже черные неочищенные гречинки. А тогда всё это надобно было отфильтровывать вручную.
И ещё одно чувство всё-таки накатывает мелкими острыми волнами: таких вот спиногрызов, какими мы с малым были, сейчас бы за наш Онищуковский стол, и вот из этой сковороды им в тарелки по горке...

...а потом стоять над ними всем своим ростом в сто семьдесят пять и уламывать всем своим авторитетом: "Ну, дети, ещё по ложечке! А не то папа всё слопает"...

Думала: вот сделаю в кабинете перестановку, поверну стол против часовой стрелки, буду сидеть джёппой к батарее и греться... Ага! Греться! Что батарея, что стена - один градус. Это притом, что развоздушку проводили в несколько этапов, и вода в батарее имеется. Просто кто-то решил сэкономить.
И вот я врубила себе обогреватель, мне тепло, а тот, кто думает, что экономит, лохонулся как младенец.

Вчера возила болящего в поликлинику. Во время посещения врача над болящим нависла угроза закрытия больничного, ибо температура вдруг установилась нормальная, несмотря на дурноватый анализ. Сегодня боящемуся болящему пришлось снова поссать в баночку наполнить стеклянную ёмкость жидкостью, а к обеду ему будет выносить приговор уже не терапевт, а уролог. Болящий пригрозил вчера, что если вдруг вздумают закрыть больничный, он сожрёт стёрку - и придёт снова к терапевту с искусственной температурой. Вспомнил детство, изобретатель.

Автор - кое-кто. Год назад дело было...

Даже учитывая определённый опыт, всё же до садиста мне пока далеко. Но как бывает весело, когда заболевает мужчина...

Эпизод первый. Аллергия на работу.
Второй день сидит дома. Температура упала почти до нормы. 36,9. "Схожу-ка я на заставу, спланирую службу". Ушёл. Пришёл. Сунул градусник. 38,6. Вот вам и здасьте...

Эпизод второй. Градусник.
Ртутный его достал. И он нашёл в аптечке электронный. Померил температуру. 38,2. Вот говно. Сбил показание. Засунул под мышку снова. 37,9. О! Уже веселее. Сбил показание. Не успел засунуть под мышку - заёбанный градусник на этот раз начал измерять температуру прямо в воздухе. Показал результат: 36,7. "Офигеть! Жена! Иди сюда. Присядь. Сделай вот так", - и пытается свои мужские сиськи в одну точку сдвинуть. Ну, на, сделала. Ткнул мне градусником в... кхе-кхе... декольте: 35,4. "Я так и знал, что у тебя на груди не согреешься!"

Эпизод тритий. Укол.
Съездил на приём к врачу, продлил больничный, чему весьма обрадовался. Забрал меня с работы. Поменялись местами в машине. Едем. Доехали до Высокого. Смотрю: роется в бардачке. Достал градусник. Сунул под мышку. 39,1. Нет, что за гадость такая! Привезла больного в приёмный покой Высоковской больнички. "Девочки, вколите мальчику тройчатку", - это мне мама такую умную фразу подсказала. "Сейчас вколем". - "А куда колоть будете - в полупопие? Мне туда уже десять лет никто ничего не колол" - переживает. - "В полупопие, ага, ложитесь". - "А в какое?" - "А какого Вам не жалко?" - "Левого". В общем, вкололи. Написали рецепт антибиотика. Взяла больного, бумажку, уехала. "Как ты себя чувствуешь?" - "Как-как! Как мужик, которому в жопу дали укол!"

Дома переволок из зала в спальню большой телевизор, тюнер, провода. Сказал - раз лежачий режим, значит, лежачий режим, чё уж там...

А прикольно ващета! Впервые за пять с копейками лет, проведённые нами на границе, на заставу приехал психолог! В смысле, приехал он, может, и не впервые, но беседы с жёнами зелёных - в таком деле я до сих пор не участвовала. Ну, и вот, значит, приезжаю вчера в одиннадцатом часу ночи (ночи, да, спать хотелось, ужас-ужас) с дизеля. Андрей говорит: щас будешь тест проходить. И повёл меня к этому психологу.
Пришли. Я смотрю - стоит майорик, маленький, худенький, пожалеть его захотелось. Стоит зевает. Спецом для беседы со мной с постели сполз. Я на него на такого сонного посмотрела и подумала, клёво, ещё один, а то мне уже казалось, я одна с такими глазами соловьиными по планете хожу.
Вопросы начал задавать: а как вы оцениваете отношения в семье, а чего вам для щястя не хватает, а каковы, на ваш взгляд, бытовые условия, а чувствуете ли вы себя социально защищёнными, тыры-пыры... Ну а что я? Я оцениваю. Мне хватает. Условия таковы. Чувствую. Пойдёмте, говорю, на крылечке постоим, Вы воздуха свежего глотнёте, Вам легче станет. Нет-нет, спасибо, я порядке, - отвечает. Стесняется чёле?

Читал, говорит, статью Вашу. Хорошо у Вас получилось, говорит. Вот так чудо из чудес! Ещё в сентябре написала про житуху на границе. Материал вышел в "СБ" (смотри сюда: http://www.sb.by/post/91490/), а на следующий день понеслось: звонки, звонки, ах-ах, читали-читали, командующему очень понравилось... Ещё через пару дней из отряда благодарность принесли. В рамке, под стеклом, цветастую такую, за подписью командира, даже у Андрея такого нет, приятно, с ума сойти!
А недавно на работу прихожу. В воскресенье. В двери торчит письмо. С печатями - Витебская область, Брест главпочтамт, Брест-30. Обратного адреса нет. Адреса получателя тоже нет. Вместо него написано: Александре Онищук, ведущей радио Брест. Марка наклеена, всё как положено. Я поудивлялась, как оно такое вообще дошло, но потом вскрыла, прочла и решила, что я теперь стала кем-то наподобие Деда Мороза. Написала Женщина из Лепельского района, что читала материал, что материал впечатлил, что она даже всплакнула. Святой меня назвала, мамочки. Хотя чё там такого - не знаю. Но приятно, приятно, очень.
И за последние два дня мне два разных дяденьки в погонах отметились, что тоже читали, да.
В общем, то, что я до сих пор не свалилась от недосыпания (сплю как Наполеон - четыре часа в сутки), не заболела всякими какашками, которыми на меня постоянно чихают в дизелях и проч., - эт спасибо положительному заряду, который я получаю от всего выше перечисленного. А ващета - спасибо Валентине Николаевне Козлович. Это с её подачи так всё вышло. Вот.

Постскриптум: слово "ващета" повторяется в тексте трижды, а красным обозначено (мол, неверно написано, двоечница!) дважды. Ещё комп мне говорит, что на свете не существует слова "клёво". Тупой, чё...

Нас е*ут, а мы крепчаем!

Вторую неделю отсутствует Василий. Бронхит. Вчера отчитался начальству, что больничный ему продлили до пятницы.
Узнав об этом, сделала несчастное лицо и свалила за спасением к отолорингологу Ирина Романна. Счастья ей!
Итак, я осталась на эфире одна. Вторая неделя без выходных, так как Ирина Романна по выходным работать никак не могёт - у ней дитятко малолетнее. А теперь и вовсе работать не могёт, потому как больничный - дело святое!
До того как всё-таки уйти, два дня всем напоминала, что у неё ларингит, она хроник, ай-яй, всё такое.
Так вот, предупреждаю: когда я вырасту до начальствующего чина, я таких халявщиков, любящих отсидеться в подполье, всех нахрен уволю. Понятно?
Я тоже хроник. Если кто не помнит, - у меня в карточке значится пиелонефрит, и я могу этим воспользоваться в любой момент. Однако имею несчастье любить свою работу, вследствие чего и болею - работой.
И пока я всего лишь рядовой, ничего не могу изменить к лучшему. Продолжаю выкладываться на все двести, пью кофе вёдрами и варю в чайнике сосиски, чтоб хоть так питать организм калориями...

Тем, кто действительно болен, искренне желаю выздоровления.

Не любит телячьи нежности. Изредка бывает снисходительным, но не более того. Вчера свалила его на тахту, уселась сверху и начала щекотать.
- Уйди, уйди, солнце глаза слепит!!!
- Какое ещё солнце, темно же...
- Да вот же! Ты моё солнце!
... Действительно, как это сразу не дошло?..

Во всём мире, наверное, один единственный человек умеет правильно реагировать на женские слёзы:
- Зайчиш, не плачь. Всё будет хорошо.

Как сказал бы Кочков - покемоны снова на заставу приехали. Проверка, значит, очередная. На этот раз - итоговая по году, из Минска. Полковники всякие. Вчерась у Андрея с ними вышел диалог наподобие:
- Товарищ такой-то, разрешите съездить в Оберовщину, жену с дизеля забрать.
- Откуда она так поздно возвращается?
- Работает в Бресте.
- И что - каждый день?
- Так точно.
- А что, поближе никак не могла устроиться?
- Товарищ такой-то, моя жена восемь лет в журналистике. Где она поближе найдёт такую работу?
- ...

Нуу, завернул, конечно, в чём-то. Но - да, восемь лет. Офигеть...
Дело, однако, вот в чём:
Большинство толстопузых в перспективе дяденек в начале своей великозвёздной карьеры почему-то делают из своих жён коров. Таких, знаете ли, тёлок дойных, которых можно в любой сарай загнать. Например, при очередном переводе из провинции в провинцию в местный райпо-магазин на работу устроить. Хоть кем-нибудь. На калькуляторе ведь любая кнопки тыкать умеет. Или - если работы нет - сиди дома, стирай, убирай. А потом начинают женщин своих ногами пинать: "Сидишь, сука, дома, жопу отъела, вали работать куда-нибудь!" Да-да-да, я была неоднократным свидетелем таких наездов. Не жертвой, спешу заметить.

Так вот - я, дамы и господа, счастливая женщина. Потому как имею в мужьях дяденьку-в-перспективе совершенно отличного склада ума. В своё время он простил мне поступление на заочное и работу в Бресте с первых дней студенчества. Хотя сперва мы планировали, что, когда я поступлю - на дневное - ох, отрываться в столицах будем... На тот момент он уже учился в столицах и ждал там моего появления. Я решила поступить иначе. Пережил, поддержал. Три года писали друг другу письма и виделись раз в два месяца. Потом, когда уже были вместе, жили на нашей первой заставе, пережил мои последние сессии. Теперь вполне себе стойко переносит моё постоянное отсутствие. Я его отсутствие переношу, впрочем, тоже без надломов. Хм... Наверное...

Я так считаю: семья тогда будет настоящей семьёй, когда он и она при надобности наступают себе на собственные глотки, а не друг друга душат.

Не одно - так другое. На выходных у нас польский вертолёт рухнул. Тела погибших сегодня со всеми почестями передадут Польше. А вчера под самыми воротами в тылу на проезжей части сбили женщину. Слава богу, живая, руками-ногами пошевелить смогла, хотя подняться самостоятельно не осилила, а мужики наши трогать её до приезда скорой не решились.
Самое интересное: женщину сбил собственный муж и при этом - скрылся.
Ох, и делов творится на нашем участке... Может, мы чё не так делаем?..

Девушка Космо Сашуля Онищук сейчас:
- не парится по поводу марлевых повязок
- выбирает себе новые духи
- ищет по точкам своё любимое оливковое масло
- готовится к Новому году (а хули вы думали, бгг)

спасибо за внимание
превет Тарасвасиличю

Посмотрела "Вики, Кристина, Барселона". Поулыбалась. Вспомнила себя-восемнадцатилетку. Круглая попа, плюс два размера, длинные волосы, кольца в ушах и художник в друзьях. Кормил фисташками, поил слабоалкогольными газировками, снимал плёночной зеркалкой, снабжал чтивом, называл эльфом, дарил картины, подсадил на Дэппа. Предпринимал попытки. Дважды звал замуж.
Это не достижение. Это тупизм каков он есть. Потому что я далеко не Мур варианта Улицкой. Глупая девочка с псевдозамашками светской львицы и плохо скрываемым удовольствием от осознания того, что её, зелёную, пытается совратить взрослый-детина-творческая-личность-ах-ах...
Детина тоже хорош. Два года. Д-В-А Г-О-Д-А позволял пипетке корчить гримасы: "Мы же дру-у-ужим, да?"
Тьфу, вырубает!
А фильм - ничего, ага...

Мы там были. Совсем рядом с местом крушения. Наши слышали, что он упал, сразу ринулись на поиски, но поляки упорно молчали. Только мигалками себе мигали тихо, пытаясь отыскать упавший вертолёт на своей территории. А его занесло в наши края. Они согласились с этим фактом поздней ночью, хотя в момент, когда наши услышали хлопок, было около девяти вечера...
Впрочем, даже если бы их нашли раньше, их всё равно не воскресили бы... На Земле минус три человека... Жаль, очень жаль...
Соболезную

Бабушка меня учила, что если мужик хоть немного отличается от обезьяны, то он уже красавец. Я хлопала ресницами и упорно не понимала, а как это. Непонимание моё подкреплялось и тем, что обезьян в нашем семействе среди мужиков и близко не было. Руки, ноги, плечи, точёные лица... Уж не знаю, к чему меня пыталась подготовить таким образом бабуля, но и мне случилось расширить семейство мальчиком-мечтой, превращающимся с годами в мужика офигительных видов.
Не-не-не, у меня ноги кривые и руки худые, - делает Он периодически сомнительные заявления. Или вот ещё: перебирая недавно пальцами свой пресс, заговорил об образующихся на зиму складках. Но ведь знает негодяй, каков на самом деле! Так же, как знает, что испытываю я, глядя ему в глаза или наблюдая, как Он снимает с себя одежду...
И пусть это помешательство, но существует и другая крайность: когда женщина только и жаждет, чтоб у её возлюбленного поскорей вырос трудовой мозоль и образовалась на голове плешь. "А чтоб больше никто на него не позарился!" - вот как объяснила мне свои такие взгляды на мужнину внешность подруга. Услыхав эти речи, я подумала: чур меня! На моего-то? Да пусть зарятся! Пусть хоть толпами! Ведь воистину райское наслаждение - это никак не баунти. Это - осознание того, что рядом с тобой ЛУЧШИЙ В МИРЕ МУЖЧИНА!
Отжимайся, милый, отжимайся...
=)))

Гадкая, гадкая пора. Мокрые жёлтые листья в истерике бросаются ко мне на грудь. И я бы к кому-нибудь бросалась, если бы не Он...

За меня никогда никто не дрался. Одно время у меня даже был из-за этого комплекс. Как это так? Даже за соседскую Наташку однажды кто-то кому-то бровь рассёк, а за меня - никто и никому и ничего... Впрочем, потом я выросла и комплекс рассосался.
Иногда, правда, мысль эта меня всё же посещает, но редко и ненавязчиво. А тут в отпуске - на девятое мая - мы завоёвывали наш парк. Я и Он. Облазили вдвоём все аттракционы. "Клоун" был последним в нашем списке. После него, так и не проблевавшись, чего нам от души желали все побывавшие на "Клоуне" до нас товарищи, шли на пиво. Обсуждали вопрос, почему это про милую карусельку говорят такие гадости, она же не страшная...
И тут к нам подошли двое. Один положил мне руку на плечо и пьяненьким голосом сообщил: "А я эту девушку знаю"... Мне этот тип - который в трезвом состоянии весьма даже приятен - тоже был знаком. Но меня об этом не спросили. "Руки убери", - предупредил Он. Тип при этом открыл рот в попытке что-то объяснить, но Он сделал шаг вперёд и повторил: "Ру-ки-у-бе-ри". Товарищ Типа смекнул в правильную сторону. "Всё-всё, пойдём", - протараторил он и утащил друга куда-то вдаль.
До этого случая я никогда Его таким не видела. И мне Он такой ещё больше понравился.
Спустя полгода, что-то похожее я освидетельствовала, стоя в очереди к кассе продуктового магазина. Вчера. В очередь меня поставил Он, а сам подался на поиски мексиканских орешков. За мною в очередь встал усатый дядя. Руки мои счастливо держали пушистый шарик из хризантем, и этот шарик дяде понравился. "Дай понюхать", - заявил усатый, ничуть не стесняясь. Я ткнула букетом ему в усы. "Ах, ах, хризантемы, обожаю! - запричитал ценитель, - Кто подарил?" "Он", - указала я на явившегося искателя мексиканских орешков. "Муж?" - поинтересовался дядя. "Муж", - согласилась я. Усатый потряс пальцем у носа кассирши и громогласно отвесил: "Да, такой жене НАДО хризантемы дарить!" "Давайте не будем в магазине орать", - распорядился Муж и отодвинул дядю от меня подальше. "Ладно", - подчинились было Усы, но так же гласно добавили: "А муж у тебя тоже ничего". В ответ на лесть незнакомца Он усилил бдительность и вообще встал между мною и усатым дядей так, чтоб дяде меня не было видно. Дядя успокоился...
Вроде и ничего, фигня совсем, но приятно, блин, приятно, блин!..

Везла сегодня первого зяблика к новым хозяевам. Зяблиху, если быть точной. С белыми лапками. Пока ехала, облазила с визгами и писками весь салон машины, в итоге приползла ко мне, улеглась под рулём на моих коленях и уснула. А потом мяукать нормально не могла. Как выяснилось - охрипла. Голос сорвала, бестолочь.
Осталось трое с яйцами и ещё один - без. Одна то есть.
Вчера пытались устроить им прощальную семейную фотосессию. Мамаша позировать напрочь отнекалась. Ей теперь снова приключений не хватает кровь из носу. Бегает по квартире с задранным хвостом и воет...
Вот за что уважаю собаку - когда ей приспичивает, она ведёт себя весьма сдержанно. И не выпрыгивает из форточек. И соглашается на то, чтобы её выгуливали на поводке. Умница, в общем. Не то, что... я.